Одобрено Отдел полиции "Корякинский" - Менты вашего района

[варяг.]

~~~~​

Мы, полицейские, все с вами из одного котла. Для обывателей стоит уяснить простые житейские истины, к нам идут не люди с другой планеты, а наши соседи, знакомые, те, с кем кто-то, может, в одном садике сидел или за одной партой учился. Воспитание у всех плюс-минус одинаковое, а большинство приходит за простой стабильностью: зарплата, пенсия, соцпакет, чтобы завтра было на что жить. В деревне этой стабильности порой больше, но и зарплаты поменьше. Если совсем по-простому, полиция это дно системы. Но кастрюля без дна уже не кастрюля. На этом дне всё и держится в современном государстве.

Полицейские в общем их понимание, есть санитары леса, которым достаётся самая грязная работа - пьяные, дебоширы, бомжи, обрыганные и обоссанные граждане, болезни, вши и прочие прелести уличной, как некоторые говорят, дворовой жизни. Кто-то научается от этого абстрагироваться, понимает, что перед ним просто рабочая смена, а не весь народ Российской Федерации. А у кого-то крыша едет, и он начинает переносить этот срез общества на обычных людей. Отсюда и берётся грубость, бестактность и мысль о власти. Хотя форма даёт полномочия, а не право переставать быть человеком.​

В полутёмном дежурном отделении «Корякинского» Отдела Полиции пахнет крепким заваренным чаем, остывшим металлическим пеналом с ключами, сухой полынью и густой машинной смазкой. Пошарпанный линолеум хранит следы тяжелых кирзовых и берцевых подошв, а на старом дубовом столе, доставшемся в наследство ещё от советского сельсовета ещё в бородатые времена колхозов, гудит потёртый системный блок, соседствующий с изрядно пожелтевшими журналами учёта. Новообразованный отдел по обслуживанию Корякино и всего Бусаевского Района - не есть парадное городское управление с зеркальными окнами и строго выверенным регламентом. Это живой, сбитый на ходу механизм, созданный в 2026 году буквально из ничего, собранный на коленке по отмашке людей из Главка. Там, в верхах, посчитали красивой отчётностью внедрить отдел в жизнь граждан, совершенно не заботясь о том, на чём этот отдел будет стоять.


Говоря по совести, каждый божий день здесь целая проверка на прочность стержня для всего коллектива. В этих тесных стенах уживаются ветераны силового ведомства, что начинали работу ещё при СССР, прошедшие горечь 90-х и знающие каждый уголок темной души человеческой, и неопёртые молодые сотрудники, для которых служба в Корякино стала настоящим крещением в коровьем дерьме о которой они явно не проссили.Молодёжь быстро учится менять паркетные амбиции на способность выталкивать плечом застрявший по ступицу в грязи УАЗик, а уставные манеры на умение говорить с местными на понятном им языке.

Дежурная часть живёт в рваном и суровом ритме, но когда всё было иначе? В углу беспрестанно шипит и трещит радиостанция, пробиваясь сквозь помехи холмистого рельефа. Оперативный дежурный, битый жизнью офицер с вечно уставшими глазами, что одновременно принимают сводки о краже мешков с комбикормом, улаживает ночные пьяные драки у местного магазина и пытается выбить у района лишний талон на бензин. Стволовой костяк подразделения участковые, два полненьких старика, которые ежедневно обходят как пропитанные смолой срубы новосёлов, так и полузаброшенные хутора. Складывается ощущение, что именно эти люди знают каждого жителя по имени и пользуются неоспоримым авторитетом у местной общины.

Группа уголовного розыска работает преимущественно на ногах, в прочем как и везде. Отсутствие современной цифровизации по задумке руководства должно перекрываться доскональным знанием местности и личными связями, однако молодая поросль сотрудников едва ли ориентируется в ключевых точках Корякино. Автопарк отдела состоит из списанных УАЗов и прочей современной отечественной классики, сосланной сюда за неимением альтернатив. Эти машины давно привыкли к вязкой грязи, размытым грунтовкам и глубоким выбоинам, а выживают исключительно за счёт самих полицейских. Сотрудники регулярным саморемонтом и измазанными в мазуте руками дают хоть какие-то гарантии, что техника не заглохнет посреди глухого поля в самый критический момент​

​

Журналист: (щелкает ручкой, скептически щурясь глядя на собеседника) Денис, давай без этих лирических вступлений. Тебе двадцать один, ты в форме, которая тебе ещё слегка велика, и тебя закинули в Корякино. Это же глушь, тут даже асфальт закончился в девяностых. Честно скажи за что тебя сюда? Накосячил на стажировке?

Денис: (улыбается, качает головой) Да почему сразу накосячил-то? Сам напросился. В отделе, конечно, пальцем у виска покрутили, но подпись поставили.

Журналист: Сам? В эту дыру? Не верю. Что тут делать молодому парню с погонами?

Денис: Жить и работать. Вы вот из области приехали, для вас Корякино - это дыра и пару строчек в репортаже про вымирающие деревни. А для местных жителей, это вот, простой дом, где они живут. Тут участковый один на три поселка был, не успевал ничерта. А когда патруля нет, люди брошенными себя чувствуют, брошенными и отреченными.

Журналист: И ты решил стать их спасителем? Денис, ты хоть раз реальный вызов видел? Тут летом бытовуха, зимой безнадега и беспросветный алкоголизм. Ты для них не защитник, ты для них балласт.

Денис: (опираясь всем туловищем на коленку, не спеша паренек приговривает смотря в глаза журналисту с желтой прессы) А я не спаситель. Я просто сержант. Знаете, почему я вообще в ППС пошел? Год был 2007ой, у нас во дворе пацан мелкий был, может и сейчас есть, он весь такой хилый, безодиный вообщем. Так вот его ребята постарше, ясное дело сильнее, прессовали, деньги отбирали каждый день. Все всё знали и соседи, и просто те кто мимо проходил. Глаза в землю и мимо идут, никто даже полицию не вызовет. А потом, в какой-то момент полиции стало больше, постовые просто стали там по вечерам ходить. Никого не били, не сажали, просто вот ходили. И всё прекратилось. Понимаете? Чем больше полицейских на улицах, тем меньше и преступлений.

Журналист: (пожимает плечами) Красивая сказка. Только там был город, а тут глухие леса, пустоши, деревни да и только, свои законы. Тебе не страшно?

Денис: Страшно? Немного есть. Но больше азарта, что ли… Хочется доказать, что можно по-человечески. Поговорить, помочь, где-то забор бабушке подправить, где-то дебошира утихомирить без мордобоя.

Журналист: (заглядывает ему в глаза, пытаюсь найти подвох) Тебя же система пережует через полгода, Денис. Или местные обломают твои крылья.

Денис: (расплываясь в едкой улыбке, искренее проговаривая) Пусть сначала попробуют! Система это же не марсиане, это мы с вами. Какими будем мы, такой и служба будет.

Патрульно-постовая служба в «Корякинском» отделе это не просто дно всей ведомственной системы, а её самое глухое и неблагодарное основание, без которого всё остальное моментально рухнет. Ночью в селе нет ни ОМОНа, ни силовиков из области. Вся тяжесть на земле ложится на пару экипажей, где вчерашняя необстрелянная молодёжь постигает реальную службу. Для новобранцев, пришедших в свежесозданный отдел, это становится жесткой шоковой терапией. Им только предстоит прочувствовать на собственной шкуре, что значит работать санитарами леса, принимая на себя весь срез деревенского упадка, агрессивных алкоголиков, бродяг, хулиганов и весь сопутствующий букет с вшами, болезнями и прочими прелестями работы на улице. В таких условиях кто-то абстрагируется и остаётся человеком, а у кого-то от постоянного контакта с маргинальной средой начинает ехать крыша, выливаясь в грубость, бестактность и показушную жесткость к рядовым гражданам.

Местный народ относится к этим парням настороженно и с дулей в кармане. Новых полицейских в Корякино пока не жалуют на них смотрят как на дармоедов, хотя финансируются они по глубоко остаточному принципу. На гнилом, трухлявом УАЗе-буханке, который разваливается прямо на ходу, парни приезжают на вызовы в компании МЧС и ГОРГАЗа, прибывших на новеньких спецмашинах. Каждая поездка своего рода унижение, на разбитой грунтовке любой лихач считает своим долгом подрезать гнилой полицейский уазик и послать экипаж подальше, прекрасно понимая, что колымага их просто не догонит. А если вызов поступает из района на сотню квадратных километров, где работает всего пара человек, наряд приезжает к заночевавшему заявителю к часу ночи за объяснением, когда всех участников драки уже развезли по больницам.

Выживать патрульным приходится в адском колесе из бытовой дичи и бюрократического пресса. Вневедомственная охрана ушла в Росгвардию, ДПС считает себя голубой кровью и отказывается соваться в мутные деревенские разборки без прикрытия, оставляя ППС один на один со всеми проблемами. За смену приходится и стаскивать пьяных с заборов, и лезть без специальной экипировки к подозрительным брошенным чемоданам, гадая, полетят ли берцы по холмам в случае взрыва, и разгребать бесконечный поток абсурдных жалоб на жарящих шашлыки или шумящих соседей. При этом от них требуют не только закрывать глупые вызовы, но и делать «палки» по административке за распитие или состояние опьянения. Каждое такое оформление это часовые очереди на освидетельствование, горы списанной бумаги и израсходованные стержни ручек, пока в дежурке копятся сообщения от тех, кому действительно нужна помощь.

Здесь быстро слетает всяческая спесь. В ППС Корякино выживают не за счёт красивых корочек или лозунгов, а за счёт простой пацанской взаимовыручки, спортивного азарта и натянутых, как струна, нервов. Когда в три часа ночи по рации проходит сигнал о реальном грабеже или ножевом, усталость моментально улетучивается. Парни молча прыгают в прокуренный салон, заставляют захлёбывающийся мотор выдать максимум и летят по темным грунтовкам на своей прогнившей машине потому что знают, кроме них на этих десятках километров глуши защитить людей просто некому.
​

Крымов Михаил Артемович
Начальник Корякинского отдела полиции

Начальником новобразованного отдела полиции «Корякинский» с 2026 года назначен майор полиции Крымов Михаил Артёмович. Михаил Артёмович специалист с высшим юридическим образованием и десятилетним опытом службы в структурах военной полиции и органах внутренних дел.

Проходил срочную службу в составе 48-й гвардейской артиллерийской бригады, после прохождения службы по призыву он продолжил службу по контракту в подразделениях военной полиции в звании прапорщика, где курировал вопросы поддержания уставного порядка, урегулирования внутренних конфликтов и взаимодействия с личным составом. По окончании высшего учебного заведения ему было присвоено первое офицерское звание младший лейтенант, после чего он завершил службу в военной полиции и přeшёл в органы внутренних дел.

Михаил Артёмович родился в 1989 году в Санкт-Петербурге. В 2019 году окончил юридический факультет по специальности «Правоохранительная деятельность». Трудовую деятельность начал в сфере защиты правопорядка и военной службы, что сформировало его прагматичный подход к анализу оперативной обстановки, оценке рисков на вверенной территории и жесткому контролю за соблюдением законности.

Свой путь в правоохранительной системе Крымов начинал с работы на земле, в качестве обычного участкового уполномоченного. Благодаря высокому уровню самоотдачи, феноменальной внимательности к деталям и глубокому аналитическому складу ума он быстро прошел путь до руководителя ОП «Корякинский». В ежедневной деятельности его отличает умение подмечать мельчайшие нюансы оперативной обстановки и находить суть проблемы там, где другие видят лишь сухие строчки. При всей своей принципиальной строгости, требовательности к дисциплине и бескомпромиссности в вопросах правопорядка, Михаил Артёмович сохраняет редкое добродушие, искреннее человеческое отношение к подчиненным и открытость к бедам простых граждан.

​

Служба не меняет нас за один день, она нас лишь каждый день спрашивает, ради чего мы надели форму. И задача руководителя сделать так, чтобы молодые офицеры никогда не забыли правильный ответ.

ВНЕИГРОВАЯ ИНФОРМАЦИЯ

В данном топике будут публиковаться скриншот-ситуации, связанные с деятельностью и повседневной службой Отдела полиции Корякинский. Отдел является территориальным органом внутренних дел в составе Бусаевского района. Мы открыты для активного ролевого взаимодействия как с представителями государственных структур, так и с игроками гражданского и криминального сегментов. Наша цель показать грамотную, реалистичную игру сотрудников органов внутренних дел, раскрыть внутреннюю рутину правоохранителей и продемонстрировать постепенное развитие и укрепление правопорядка.

Помимо работы полиции, здесь также будет освещаться игра муниципальных органов власти и повседневная жизнь всех желающих поддержать и развивать ролевую игру в нашей деревне. Если вы заинтересованы в совместных ситуациях с Отделом полиции Корякинский или желаете вступить в наши ряды, обращайтесь к руководству отдела, фракции через контакты либо в личные сообщения на форуме. Опыт игры в силовых и правоохранительных структурах на Motion Project, а также иных проектах с повышенным уровнем ролевой игры будет являться преимуществом.

ПРОЧИЕ ССЫЛКИ

→ ВК начальника отдела
→ 52мвд.рф — УМВД России по Нижегородской области / Отдел полиции «Корякинский»
→ трудоустройство

СВЯЗАННЫЕ ТОПИКИ

→ Крымов Михаил Артемович | Ментовская сага
→ Городской ППС ||
→ Хроники военной полиции - «Закон, честь, порядок»
→ Акимова Татьяна Сергеевна | Председатель сельсовета д. Корякино | Официальная страница в социальной сети

cred. @варяг. @korobochka.

 

[варяг.]

После того разговора ничего не изменилось. Крымов так и не написал рапорт.

Он продал свою старую АУДИ. Машину, которую когда-то считал символом того, что добился чего-то в жизни. Вместо неё во дворе появился старый потрепанный жизнью ВАЗик. Такая же, на какой когда-то ездил его отец. Впервые за долгое время Крымов сам взял в руки ключи, открыл капот, испачкал ладони маслом, начал искать запчасти, ругаться на ржавые болты и радоваться, когда двигатель после долгих попыток заводился с первого раза.

Ему вдруг стало легче. Не потому что жизнь изменилась, а потому что появилось что-то настоящее. Машина не спрашивала, прав он или виноват. Она просто требовала внимания. Глубокой ночью, когда город давно уснул, а в машине было слышно лишь гул улицы, Крымов только возвращался домой. Проходя мимо домов, он задумался о том, каким он был, когда только надел погоны. О людях, которых не смог забыть. О решениях, за которые до сих пор несёт ответственность. И о том, почему, несмотря ни на что, утром он снова придёт в отдел.​

СЛЕДУЮЩИМ УТРОМ...

 

[варяг.]

 

[варяг.]

 

[варяг.]

Когда Скворцов сел в автобус и двери медленно закрылись, Михаил впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему одиноким. Когда-то это чувство было для него привычным, но с годами почти исчезло рядом всегда находились люди, дела, заботы, ответственность. Теперь же уезжал человек, который действительно понимал его. Человек, которому он мог доверять без лишних слов. Единственный из многих, с кем отношения давно вышли за рамки простых коллег.

Автобус медленно тронулся, растворяясь в потоке машин. Михаил ещё несколько секунд смотрел ему вслед, а затем молча отвернулся. Вокруг оставались люди подчинённые, коллеги, руководство. Но теперь это были лишь те, с кем предстояло работать. Не те, с кем можно было разделить сомнения, тяжесть принятых решений или просто помолчать после тяжёлого дня. Впервые за долгое время он понял, что остался один.

@Sergey Skvorcov - Спасибо за игру в отделе. Ветка персонажа обрывается на этом моменте.

 

[krosh]

делайте движ пацаны. успехов

 

[Yuri_Kravtsov]

Скворцов спасибо за тебе!

 

[Sergey Skvorcov]

Скворцов спасибо за тебе!

 

[варяг.]

Когда Крымову протянули деньги со словами благодарности, он даже не сразу понял, за что именно. Михаил молча отвёл руку, отказавшись от купюр. И дело было не в том, что рядом находились другие сотрудники, которые могли всё увидеть. Скорее, сработало то чувство, которое он всё ещё не успел потерять за годы службы, совесть. Он не мог взять деньги, даже если никто бы об этом никогда не узнал. И, как оказалось, не зря. Буквально через несколько минут судьба будто решила проверить правильность его выбора, столкнув его лицом к лицу со следователем Следственного комитета. На мгновение Михаил невольно подумал, а что было бы, если бы он всё-таки сунул эти купюры в карман?

 

[варяг.]

Каким бы принципиальным ни был Крымов, как бы ни презирал собственное начальство, ППСников и многих других сотрудников системы, этот выбор дался ему тяжелее, чем он был готов признать. Долгое время он размышлял, чью сторону принять. С одной стороны возможность рассказать всё следствию, снять с себя часть ответственности и, возможно, поступить по справедливости. С другой люди, с которыми он служил, та самая вертикаль, частью которой он оставался, несмотря на все разочарования.

В конце концов Михаил решил остаться со своим руководством. Не потому, что был со всем согласен или хотел кого-то прикрыть. Скорее, он не желал становиться человеком, который при первой возможности начинает доносить на своих. Для него это было не вопросом преданности начальству, а вопросом собственных принципов.

Было ли это ошибкой или, наоборот, единственно правильным решением Крымов так и не понял. Он просто сделал выбор, последствия которого ещё только предстояло узнать. Иногда судьба оценивает поступки человека гораздо позже, чем он сам.

 

[варяг.]

Общий груз ответственности постепенно начал отражаться на поведении Крымова. Если раньше, вспоминая службу в армии, ему казалось, что все было предельно просто и понятно есть приказ, есть задача, а теперь каждая смена приносила новые проблемы, где правильного решения зачастую просто не существовало. Любое действие вызывало вопросы, любое бездействие еще больше вопросов. Люди требовали решений, начальство результата, а обстоятельства постоянно менялись.

Постепенно это давление начало менять его характер. Когда-то спокойный, рассудительный и готовый искать компромисс человек все реже мог сдерживать раздражение. Если раньше он старался объяснить, выслушать и разобраться, то теперь все чаще позволял эмоциям брать верх. Порой ему хватало одной незначительной ошибки или неудачной фразы, чтобы резко оборвать собеседника или устроить жесткий разнос. После таких моментов он нередко понимал, что перегнул палку, но сил возвращаться к разговору и что-то исправлять уже не оставалось.

Особенно заметно это проявилось во время происшествия с пожаром. Обстановка требовала мгновенных решений, вокруг одновременно работали несколько служб, поступали противоречивые сведения, а ответственность за координацию действий полиции легла именно на него. Любая заминка воспринималась как личный провал, и накопившееся напряжение выливалось в резкие замечания в адрес подчиненных. Подобные срывы начали происходить и незадолго до этого происшествия, становясь для Крымова непривычной, но все более частой частью его поведения.​

 

[варяг.]

 

[варяг.]

Уезжал он с места происшествия уже морально опустошенным. Не было ни желания что-либо обсуждать, ни сил реагировать на происходящее вокруг. Это был далеко не первый случай, когда именно ему приходилось брать на себя руководство действиями всего УМВД на крупном происшествии. За это время он уже хорошо усвоил, как составляются подобные рапорты, какие формулировки использовать и где проходит грань между объективным изложением событий и защитой интересов ведомства.

Когда-то внутренняя порядочность не позволяла ему даже задумываться о том, чтобы смягчать отдельные моменты или грамотно распределять ответственность. Теперь он понимал, что это такая же часть службы, как оформление материалов или руководство личным составом. Однако и в этот раз он не собирался искажать факты. Все, что касалось действий медицинской службы и отсутствия каких-либо комментариев с их стороны, было изложено в рапорте именно так, как произошло на самом деле. Если после транспортировки тела возникли вопросы, то отвечать на них должны были те, в чьем ведении оно находилось, а не сотрудники полиции.

Подобные ситуации постепенно меняли его взгляды. Он все чаще понимал, что иногда защита своего подразделения заключается не в сокрытии правды, а в том, чтобы четко обозначить границы собственной ответственности и не позволить переложить чужие ошибки на тех, кто к ним отношения не имеет.​

 

[варяг.]

Как это часто бывает в подобных компаниях, Крымов хотел лишь одного наконец-то по-человечески отдохнуть. За последние несколько месяцев он не обмыл ни очередное звание, ни достижения по службе, ни успехи своего отдела. Все это время он лишь работа - выезды, бумажная волокита и ответственность за подчиненных постепенно вытеснили из его жизни любые поводы собраться с коллегами. Но в этот вечер внутренний барьер наконец рухнул. После очередного тяжелого рабочего дня он решил собрать всех своих людей за одним столом.

Не задумываясь, Крымов выложил около 30.000 рублей из собственных накоплений, полностью оплатив банкет.

Обычно подобной щедростью он не отличался деньги привык считать, да и лишнего никогда не тратил. Однако обстоятельства сложились так, что в тот вечер ему хотелось отблагодарить людей, которые вместе с ним прошли через непростые месяцы службы и заслужили возможность хотя бы ненадолго почувствовать себя обычной компанией друзей, а не очередной сменой сотрудников МВД.

 

[варяг.]

 

[варяг.]

 

[варяг.]

 

[варяг.]

Именно с этого момента и начались настоящие приключения Крымова. После нескольких часов застолья, когда алкоголь окончательно развязал языки и притупил чувство здравого смысла, один из офицеров удалился по неизвестным причинам, бравые, а к тому же пьяные коллеги решили поддержать своего товарища и помочь ему. Проще говоря. Для компании этого оказалось вполне достаточно, чтобы родилась гениальная идея отправиться искать справедливость и, как они сами выражались, постоять за честь мундира.​

 

[варяг.]

Натянув куртки и кое-как приведя себя в порядок, подвыпившая компания вышла на улицу. Вскоре выяснились все обстоятельства, что страшего прапорщика Кутузова бросила жена, где проживает бывшая возлюбленная коллеги, и вся процессия, громко переговариваясь, отпуская не самые лестные выражения и всячески подбадривая товарища, направилась к её дому. К счастью для всех присутствующих, путь оказался недолгим дом находился буквально в нескольких минутах ходьбы.

Разумеется, столь шумная компания сотрудников полиции посреди ночи не могла остаться незамеченной. На телефон службы 102 поступило сообщение о нарушении общественного порядка, и на место был направлен ближайший экипаж. Однако судьба в тот вечер явно благоволила Крымову, среди прибывших оказался помощник участкового, который, увидев своего непосредственного начальника и быстро оценив происходящее, понял, что никакой драки или иных противоправных действий не происходит. Ограничившись короткой беседой с компанией, он успокоил наиболее эмоциональных участников, а само сообщение оформил как ложный вызов. К счастью, дальше громких разговоров и пьяных выкриков дело так и не зашло, никто не пытался ломиться в квартиру, устраивать дебош или применять силу.

Уже возвращаясь обратно, Крымов сел в машину к одному из своих подчиненных. Алкоголь окончательно снял с него привычную сдержанность. Потянувшись к магнитоле, он без лишних слов выкрутил громкость почти на максимум, и салон автомобиля наполнили старые патриотические песни. Через несколько секунд он уже сам громко подпевал им, не стесняясь ни фальши, ни случайных взглядов прохожих.

Крымов действительно был человеком, искренне любившим свою страну. Он гордился ее историей, людьми и культурой, уважал тех, кто служил и защищал ее интересы. Однако эта любовь никогда не означала безоговорочной поддержки существующей системы

​

Утро выдалось тяжелым. Голова раскалывалась, во рту стоял неприятный привкус вчерашнего алкоголя, а события минувшего вечера всплывали лишь отдельными, бессвязными обрывками. Крымов смутно помнил застолье, какие-то песни, смех коллег и долгую прогулку по ночному городу, но восстановить полную картину так и не смог. Пока он лениво листал галерею телефона, пытаясь понять, что вообще происходило накануне, взгляд неожиданно зацепился за старую фотографию. На ней он стоял плечом к плечу с Абрамовым своим ротным времен службы в военной полиции, год эдак 19-20ый. C тем самым выражением лица, когда впереди, казалось, была вся жизнь.

Крымов невольно задержал взгляд на снимке. Абрамов редко говорил громкие и теплые слова, но почти всегда оказывался прав. В памяти всплывали разводы, построения, полевые выходы и короткие разговоры после службы.​

 

[варяг.]

РАБОТА В "ПОЛЕ"...

~~~~~~~~~~
~~~~~~
~~~~
~~~
~

Проезжая позади медленно идущего БТРа, Крымов невольно задержал на нем взгляд. На мгновение шум дороги и рации исчез, уступив место воспоминаниям. Когда-то его мир ограничивался военными городками, караулами, патрулями. Тогда не существовало бытовых конфликтов, семейных драм, пьяных дебошей или бесконечных заявлений граждан. Были лишь проблемы военнослужащих понятные, прямые и подчиненные уставу.

Теперь всё было иначе. Каждый день приносил десятки чужих судеб, где редко существовало правильное решение. Вместо приказов просьбы, вместо строевого плаца дворы многоэтажек, вместо нарушений воинской дисциплины человеческие трагедии.

Он машинально коснулся плеча, ощущая тяжесть офицерских погон. Еще совсем недавно они казались вершиной, к которой стоило стремиться. Сейчас же Крымов не мог честно ответить самому себе, рад ли он им. Вместе со звездами пришла ответственность за людей, решения и последствия, которые уже нельзя было переложить ни на кого другого. Иногда ему казалось, что эти погоны стали не наградой, а грузом, который приходится нести каждый день. БТР тем временем свернул с дороги, а Крымов продолжил движение. Воспоминания остались позади, но ощущение того, что прежняя жизнь закончилась окончательно, еще долго не покидало его.

 

[варяг.]