Ну прикольно
- Сообщения
- 130
- Реакции
- 45
Интересно сделал, у него типо раздвоение?
- Сообщения
- 70
- Реакции
- 38
Единственное, что меня держит на плаву в этом тонущем мире — опять же они, наркотики. Тяжёлая артиллерия и безобидная, на первый взгляд, травка, которую я ласково зову трелистником. Этот черствый город — гигантская паутина, где каждый, абсолютно каждый, готов предать тебя за грош, если это сулит ему выгоду. Вы спросите: «А как же ты?» А что я? Я — винтик в этой мясорубке. Все ради чего казалось бы? и всё ради того, чтобы вколоть себе очередную дозу крэка или метадона — яркую вспышку фальшивого счастья.
Варка дезоморфина — мой ежедневный ритуал, рутин
а, отточенная до автоматизма, почти как молитва, только алтарём служит шприц. За исключением одного: у меня есть деньги., звенящие монеты в кармане, которые позволяют не зависеть от воли случая. Эффект от наркотиков — это как потерять девственность: сладкая, обжигающая молния, которая бьёт в самое нутро, но гаснет так же быстро, как вспышка спички в ураган. Сунул — вышел — и пошёл, как поётся в той грязной песенке. Единственное, что ещё дышит во мне — крэк. От меня отвернулись все, потому что я был голодранцем, который никогда не мог позволить себе тряпки, что люди гордо величают одеждой. Да и плевать я на них хотел — мне нужен только мир эйфории, этот хрустальный дворец, что рушится каждую ночь. Многие из тех, кто топит себя в этом дурмане, поймут меня и, быть может, пожмут плечами в знак поддержки. А я — разочарован в этом жалком, пропахшем потом и ложью мирке..
Варка дезоморфина — мой ежедневный ритуал, рутин
а, отточенная до автоматизма, почти как молитва, только алтарём служит шприц. За исключением одного: у меня есть деньги., звенящие монеты в кармане, которые позволяют не зависеть от воли случая. Эффект от наркотиков — это как потерять девственность: сладкая, обжигающая молния, которая бьёт в самое нутро, но гаснет так же быстро, как вспышка спички в ураган. Сунул — вышел — и пошёл, как поётся в той грязной песенке. Единственное, что ещё дышит во мне — крэк. От меня отвернулись все, потому что я был голодранцем, который никогда не мог позволить себе тряпки, что люди гордо величают одеждой. Да и плевать я на них хотел — мне нужен только мир эйфории, этот хрустальный дворец, что рушится каждую ночь. Многие из тех, кто топит себя в этом дурмане, поймут меня и, быть может, пожмут плечами в знак поддержки. А я — разочарован в этом жалком, пропахшем потом и ложью мирке..
